Початкова сторінка

Прадідівська слава

Українські пам’ятки

Змагатимеш до посилення сили, слави, багатства і простору Української держави

Богдан Хмельницький

?

1570 р. Акт копного суду

Розмір зображення: 1755:1516 піксел

Карта копи 1570 р. (склав М.і.Жарких в 2009 р.)

Копный судъ о покражі вола. 1570, генваря 12.

Року 1570, місяца Генваря 12 дня.

Ставши очевисто въ замку Луцкомъ, передо мною Петромъ Хомякомъ, подстаростимъ Луцкимъ, возный повету Луцкого, Яско Опарипескій, оповедилъ и до книгъ гродскихъ тыми словы созналъ:

Ижъ дей, будучи мне зъ уряду приданымъ на справы ее милости пани Ивановои Хребтовича Богуринское, панеи Любце Дчусанце, и сыномъ ее милости, будучи мні въ Богурине, поведила ее милость, пани Богуринская, ижъ дей року прошлаго шестьдесятъ девятаго, у великій постъ, украдено у боярина моего Богуринского, Томила Гаркевича, вола зъ оборы, и онъ дей о того вола, водлугъ обычаю, собравши копу все село Богуринское: люди съ части пани Висилевое Хребтовичовое, люди мои и люди съ части пани Петровое Хребтовичовое, опытъ чинилъ обычаемъ копнымъ.

Врядникъ дей паней Петровое, Нестеръ, не выслухавши обыску того боярина моего Томилца и почалъ говорити, перекаживаючи ему річь, на першой копе, не заховаючися ведлугъ обычаю копъного, и прочь самъ пошолъ, и подданныхъ созвалъ съ копы. Копа дей, не чинечи коротъко, сказала дей боярину моему еще копу збирати. Тотъ дей бояринъ мой собралъ и другую копу, село наше спольное, вси люди съ части пани Петровои и люди съ части пани Василевои, а къ тому и стороннихъ людей, то есть зъ Новоставецъ, зыменя пана Подскарбего, подданного его милости, Осипа Семеновича, а подданного князя Ярославовича, съ Прусъ, Томила Микитича, а врядника пана Михаила Вильгорского Симоновского Кондрата, которыи, вжо будучи на копе другой, ждали часъ немалый врядника панеи Петровои, ажъ по него посылали, абы на копу пришолъ.

И кгды вжо онъ на копу пришолъ съ подданными панеи своеи, почалъ дей на первей, обачивши стороннихъ людей, пытати, чого бы на копу пришли, хто бы ихъ послалъ?

И тые люди сторонніи поведили, ижъ дей за прозьбою боярина ее милости, паней Богуринское, отъ врядниковъ пановъ своихъ есмо тутъ послани. Врядникъ тежъ паней Петровой, Нестеръ почалъ говорити: «изнайду дей я виноватого, напрасно ся тутъ бавимо». А кгды то вымовилъ, бояринъ дей мой Богуринскій, Томило почалъ тые слова его копою освідчати: «Што дей я вжо неповиненъ искати, нехай дей ищетъ, коли такъ говоритъ.» И копа, то все обачивши, почали врядника паней Петровой пытати, если бы онъ ведалъ о томъ, хто того вола вкралъ, ижъ его обецалъ ее знаидовати, абы того злодія на тои копе обявилъ, если бы на той же копе былъ, або гді инде, абы, водлугъ повести своеи, поведилъ; бо дей где его твоя милость не знаймишъ, якось самъ мовилъ, уже дей тотъ бояринъ ее милости панее Багуринское не повиненъ опыту большь чинити. Але гдій дей твоя милость того злодея, водлугъ повести своее, не ознаймишъ, то дей твоя милость того вола ему заплатити мусишъ.

Врядникъ дей паней Петровои, видечи то, почалъ се съ того иншими словы выламовати, ижъ того виноватаго яко самъ знайдовати, такъ тежъ и обявити не хотелъ. Копа, тому ся прислухавши, и отложила до третей копы, которая гды ся зобрала, бояринъ мой Богуринскій, не отступуючи ничого того, што на другой копе было, просилъ копы, абы ему на томъ вряднику паней Петровой, Нестору, водлугъ словъ его было сказано, съ чого ся врядникъ ее милости только упоромъ выламовалъ, не хотечи виноватого знайдовати, яко самъ мовилъ, ани обявити.

Копа то слышачи, всказали того вола, на вряднику паней Петровой, Нестору, боярину моему, за слушънымъ доводомъ, што за того вола давано, две копы грошей Литовскихъ, и рокъ заплате положили за чотыры недели. За прозьбою моею тая копа и люди сторонніи передъ панею Петровою судъ свой сознали. За што я сама, просечи, посылала до паней Петровой, абы того вола вряднику своему боярину моему казала заплатити. Ее милость отказала: «ижъ дей я на голое слово мужицкое вряднику своему за того вола платити не кажу».

Гдежъ тая копа и сторона, передо мною вознымъ Луцкимъ, Яскомъ Опарипескимъ, то сознали: «Яко копа была, што на ней будучи, межи тымъ урядникомъ паней Петровое и бояриномъ паней Богуринское точилося, и яко передъ пани Петровою копа и сторона вызнавали, и пани Петровая прошона отъ пани Богуринское, абы то на рокъ пани Петровая вряднику своему казала то заплатити, и што пани Петровая отказала, то мні повідили». И просила ее милость пани Богуринская, веснолокъ зъ сынми своими, абы то было записано. А такъ я тое очевистое возного сознане до книгъ гродскихъ записати казалъ.

(Книга гродская Луцкая 1570 года, листъ 19 на обороті).

1570 года, місяца Генвяря, 12 дня.

Явившись лично въ замкі Луцкомъ, предо мною Петромъ Хомякомъ, подстаростою Луцкимъ, возный повіта Луцкаго Яско Опарипескій, объявилъ для записанія въ книги гродскія, созналъ нижеслідующее:

«Былъ я отряженъ урядомъ, по ділу ея милости, паньи Ивановой Хребтовича Богуринской, паньи Любки Дчусанки, и сыновей ея милости. И когда я былъ въ Богурині, то ея милость, пани Богуринская, объявила мні: «Въ прошломъ тысяча пятьсотъ шестьдесятъ девятомъ году, въ великій постъ, украденъ волъ изъ хліва, у боярина моего Богуринскаго, Томила Гаркевича, который, слідуя обычаю, собиралъ на копу все село Богуринское: людей изъ участка паньи Васильевой Хребтовичевой, моихъ людей, также людей изъ участка паньи Петровой Хребтовичевой, и производилъ распросъ копнымъ обычаемъ.

На первой копі урядникъ ея милости, паньи Петровой, Несторъ, не выслушавъ розыска, произведеннаго бояриномъ моимъ Томилцомъ, началъ говорить, перебивая его річи, нарушая обычай копнаго права. За тімъ, не выслушавъ распроса, обругалъ моего боярина и пошелъ прочь, созвавъ и крестьянъ съ копы. Копа, не допуская поблажки, присудила моему боярину еще разъ собрать копу. Бояринъ мой собралъ и другую копу, на которой было все наше общее село, всі люди изъ участка паньи Петровой и люди изъ участка паньи Васильевой, а также сторонніе люди, а именно: изъ имінія его милости, пана подскарбія, Новоставецъ, крестьянинъ Осипъ Семеновичъ, изъ Прусъ – крестьянинъ князя Ярославовича, Томило Микитичь, и Симоновскій урядникъ пана Михаила Вильгорскаго, Кондратъ.

Эти люди, уже собравшись на вторую копу, долгое время дожидались урядника паньи Петровой, и принуждены были послать за нимъ, чтобы на копу пришолъ. И когда онъ пришолъ на копу съ крестьянами своей паньи и увиділъ стороннихъ людей, то, прежде всего, началъ спрашивать, зачімъ они на копу пришли, и кто ихъ послалъ? И ті люди сторонніе, сказали, что они посланы урядниками пановъ своихъ, по просьбі боярина ея милости, паньи Богуринской. Тогда урядникъ паньи Петровой, Несторъ, началъ говорить: «найду де я виноватаго; напрасно мы здісь тратимъ время». Какъ только онъ это сказалъ, тотчасъ бояринъ мой Богуринскій, Томило, началъ свидітельствовать эти слова копою, говоря: «Я уже больше не повиненъ искать виноватаго: пусть онъ ищетъ, когда такъ говоритъ». Копа, все это увидівши, начала спрашивать урядника пани Петровой, знаетъ ли онъ, кто вола укралъ? «Такъ какъ твоя милость обіщалъ найти виноватаго, то долженъ объявить вора на этой же копі, и, согласно своему обіщанію, сказать: находится ли онъ здісь на копі, или гді инді? Потому что, если твоя милость не объявишь вора, какъ ты самъ обіщалъ, то бояринъ паньи Богуринской уже не повиненъ будетъ производить распросъ, а твоя милость долженъ будешь заплатить за украденнаго вола». Видя это, урядникъ паньи Петровой, началъ увертываться иными словами, и объявилъ, что онъ ни искать, ни объявлять вора не хочетъ. Копа, выслушавъ это, отложила діло до третьей копы.

И когда собралась третья копа, то бояринъ мой Богуринскій, не отступая ни въ чемъ отъ производства діла, бывшаго на второй копі, просилъ копу присудить урядника паньи Петровой, Нестора къ уплаті за украденнаго вола; такъ какъ этотъ урядникъ только по одному упорству, противясь требованію копы, не хотілъ ни объявить, ни отыскивать виноватаго. Копа, слыша это, приговорила взыскать съ урядника паньи Петровой, Нестора, за украденнаго вола, въ пользу моего боярина, назначивъ такую ціну, какую, по законному удостовіренію, давали за того вола покупщики, именно дві копы грошей Литовскихъ; срокъ платежа назначенъ по истеченіи четырехъ неділь. По просьбі моей, копа и люди сторонніе сознали свой судъ предъ паньею Петровою. Я и сама отъ себя посылала, по этому ділу, къ паньи Петровой, прося, чтобы она приказала своему уряднику заплатить моему боярину, за украденнаго вола. Ея милость, панья Петровая, отвічала: «Я де, на голое мужицкое слово, уряднику своему, за того вола, платить не приказываю».

Тамъ же вышеозначенная копа и люди сторонніе сділали предо мною, вознымъ Луцкимъ, Яскомъ Опарипескимъ, показаніе о томъ, какъ собиралась копа, что происходило на этой копі между урядникомъ паньи Петровой и бояриномъ паньи Богуринской, какъ предъ паньею Петровою, копа и люди сторонніе объявляли свой приговоръ, и какъ пани Богуринская просила, чтобы пани Петровая приказала своему уряднику заплатить за украденнаго вола, въ назначенный срокъ, и что отвічала на это пани Петровая; все это мні разсказали. И просила ея милость, пани Богуринская, вмісті съ сыновьями своими, чтобы это было записано. По этому я вышеизложенное личное донесеніе вознаго приказалъ записать въ гродскія книги.

[Н. Иванишевъ. О древнихъ сельскихъ общинахъ въ Югозападной Россіи / Изд. Кіев. Археограф. Коммиссіи. – К.: В тип. Федорова и Мин., 1863. – С. 39-44.]